01:15 

В последний раз о прошлом.

Тюог
IV. Осень-2009. Врачи и Сайлент-хилл.

Вы когда-нибудь думали пойти в поликлинику и сказать "Доктор, помогите, у меня плохое настроение"?
Вот и я никогда и не мыслил себе, что придётся шариться по врачам именно с таким заявлением. Да, я успел уже начитаться литературы о депрессии, о симптомах, о паническом расстройстве. Начал проходить тесты по шкале Цунга, и всё мне говорило, что пора к врачу. Ну, я и пошёл. Собрав волю в кулак объяснил, что не могу контролировать иногда себя, что наступают приступы паники. Начал сдавать анализы. Кровососущая бабушка в белом халате высосала из меня десять кубов тёмно-буроватой крови, а в отделе узи мне по шее водили какой-то склизской мокрой штукой и удивлялись тому, что с щитовидкой всё хорошо.
Все анализы показали, что физически я здоров. Направили к психотерапевту. Нашли конкретного психотерапевта, но тот был в длительном отпуске. Стали ждать.

Я ждал его как ждут праздника. С тем же рахмахом. (с)

Ждал большую часть осени. А паника росла...

Дальше я помню мало. Помню, что открещивался от всех посиделок с друзьями, потому что не мог выносить все эти разговоры. Помню, что избегал всех и каждого. Помню, что работа стала приносить одни мучения. Помню, что напивался резво, с размаху из горла, закусывая валерьянкой. Помню, что почти не ел, не мылся и не причёсывался. Помню, как чувствовал общую слабость. Помню долгие ночи.

Пожалуй, о долгих ночах стоит сказать подробнее. Я приходил домой, отпросившись с работы пораньше, добирался до дома часов в пять вечера и тут же нырял под одеяло. Ничего не хотелось делать. Ни одно действие не приносило радости. Неприятно было даже курить, хотя курильщик я уже со стажем. Ночь начиналась в пять часов вечера. А сон, сука не шёл.
Я грыз одеяло. Я жрал его, как самую желанную добычу. Мечтал убить всех своих врагов с особой жестокостью и станцевать на их могилах, выл, верещал, бился головой о стену, изредка вставал из-под одеяла, чтобы с размаху хлопнуть коньяка и опять нырнуть в это адище. В голове верещал страшный миксер. Слёзы, слюна, вой, всё смешалось в общем омерзении. Омерзении к миру, к себе, к людям, к собственным мыслям, ко всей сути бытия снаружи и изнутри. "ГОРИ ВСЁ ОГНЁМ!!!" Кричала во мне эта тварь. На некоторые минуты такой долгой ночи мне удавалось вернуть рассудок. Успокаивался, всплывали мысли об одержимости, о том, что на мен навели порчу или ещё какой-то суеверный бред, господи, я готов был поверить в любую чушь, лишь бы понять, что за дрянь пожирает меня так ощутимо. В общем, эту боль трудно описать. Усмехнутся те, кто был на войне и чувствовал, каково это, когда в теле застревает осколок. И я уважаю эту усмешку. На самом-то деле жизнь прекрасна. Я был жив, здоров, без бед. Но просто жрал одеяла. Возникали мысли о том, что я сошёл с ума. И ещё. Этой части я когда-нибудь уделю внимание. На самом краю отчаяния я увидел странные вещи. Когда твоё чувство безысходности дошло до предела - приходят странные полусонные галлюцинации, но об этом пике я подробней расскажу потом.

Ненадолго уснул. Проснулся от того, что почувствовал капли влаги на щеке. Сквозь сон услышал лопотание перепуганной матери:
"Отче наш, сущий на небесах, да святится имя твоё..."
Я ненавидел себя в этот момент. Ненавидел за то, что своими приступами причиняю боль самым дорогим мне людям. Моей семье. Я, путаясь в обрывках своих нервов, бессовестно рву нервы
своим семейным. Чувствовал себя тряпкой, грязью, мразью, кем угодно, и поэтому перебил мать стараясь отвлечь её хоть на что-то реальное.
- Нож... у меня в кармане... рабочий... складной... в куртке... спрячте.
Убежали, спрятали. Отвлёк. Но понял, что напугал их ещё сильнее и в десять раз сильнее возненавидел самого себя.

Ненавидеть себя за то, что ты такой, какой есть. Привелегия сродни нарциссизму, но более изощрённая. Однако же, дамы и господа, поверьте мне, это всё-таки, по-настоящему было больно. Во всяком случае мне, маленькому мудакену, не знающему жизни.

Так я провёл последнюю неделю перед первым визитом к доктору. Андрей Владимирович оказался очень приятным человеком... наверное всем им приходится быть очень приятными, ибо они с разным интересным народом вынуждены общаться. Он поговорил со мной и выписал рецепты.

С тех пор мой распорядок дня разбит на приемы таблеток.
1. Фенозипам
2. Флуоксетин
3. Глицин
4. Неуробекс
5. Ещё какое-то седативное средство в капсулах. Название не помню, а желания идти и смотреть - никакого.

URL
Комментарии
2009-12-08 в 17:44 

Это не я ошибался, это мир ошибался.
"Отче наш, сущий на небесах, да святится имя твоё..."

Хорошая штука, помогает, если веришь...

2009-12-08 в 20:35 

Тюог
Знаю. Надеюсь, что ей помогло.

URL
2009-12-08 в 20:54 

Это не я ошибался, это мир ошибался.
Тюог, ты, конечно же, не веришь?

2009-12-09 в 14:55 

В одиночестве каждый видит в себе то, что он есть на самом деле.
«Я ненавидел себя в этот момент. Ненавидел за то, что своими приступами причиняю боль самым дорогим мне людям. Моей семье»
это самое ужасное наказание и вообще чувство, что есть на свете. по крайней мере для меня.
поэтому я никогда не показываю свое состояние в полней мере. я скрываю его настолько, насколько могу. пусть они думают, что у меня все хорошо. ведь тогда и у них все хорошо. я за это отдам свою никчемную жизнь, не раздумывая.

good-fairy
«Тюог, ты, конечно же, не веришь?»
и я не верю. не верю не в самого Бога, а в то что это поможет. не знаю почему. у меня с самого детства так. свои проблемы, а особенно те, что касаются мозга, нервов может решить только сам человек.
да и зачем создателя просить об этом. он нам жизнь дал, сохранять и улучшать сами должны.
опять-таки это верно для меня.

2009-12-10 в 21:42 

Тюог
Верю ли я в "Отче наш..."? Скажем так, я человек нерелигиозный, но в силу того слова, в которое верят сотни миллионов людей - верю.

URL
2009-12-11 в 16:51 

Это не я ошибался, это мир ошибался.
Тюог, хм.. я имела ввиду Бога. Легче жить зная, что у тебя есть защитник.

   

Депрессия глазами реалиста

главная